Бывший вокалист ACCEPT Удо Диркшнайдер дал обширное интервью для Rock Hard Greece. Выдержки из беседы приведены ниже.
Когда вы основали группу BAND X и переименовали её в ACCEPT, вы уже предполагали, что это станет делом всей вашей жизни?
«Название ACCEPT существовало с конца 1969 года, и мы уже выступали — не то чтобы гастролировали, но почти каждую неделю давали концерты в Нидерландах, в Бельгии, на юге Германии, а также в окрестностях нашего города — Золинген-Вупперталь. Это означает, что до появления, так сказать, «настоящих» ACCEPT, какими их представляет себе публика, — с Вольфом Хоффманном, Петером Балтесом, Стефаном Кауфманном и Йоргом Фишером, присоединившимися к группе в 1976 году, я уже был частью ACCEPT и выступал почти восемь лет. Сейчас я в составе DIRKSCHNEIDER и снова исполняю песни ACCEPT. Название ACCEPT теперь по какой-то причине принадлежит только Вольфу Хоффману, но я не хочу вдаваться в подробности [смеётся]».
Насколько важную роль сыграл Михаэль Вагенер в формировании раннего звучания ACCEPT?
«Он был одним из тех, кто вместе с другим гитаристом, Герхардом Валем, придумал название ACCEPT. Был альбом группы CHICKEN SHACK под названием «Accept». И тогда они решили: «Все понимают слово “Accept”. Я начал играть с Вагенером, когда мне было 14 лет. Я играл на клавишах что-то очень простое, лёгкое… а он играл на гитаре. И мы решили: «Давайте начнём играть музыку», но это было полная фигня [смеётся]. Вот так всё и началось».
Когда вы записывали «Fast as a Shark», понимали ли вы, что помогаете создать нечто, что повлияет на такие жанры, как спид-металл и трэш-металл?
«В некотором смысле это была первая спид-металл-песня, но в то время мы об этом не знали. Эта идея принадлежала Штефану Кауфману. Мы впервые использовали двойную бочку, и все в группе спрашивали: «Ты уверен в этом?» И в итоге мы это сделали. Но в то время никто не знал, что мы создавали первую в истории песню в стиле спид-металл. Однако она вдохновила множество групп».
Есть ли какая-то песня из альбома «Balls to the Wall», которую вы лично любите не меньше, чем заглавную композицию, но считаете, что фанаты её недооценивают?
«Да, для меня это «Losing More Than You’ve Ever Had». Эту песню ACCEPT никогда не играли вживую, а теперь мы играем её с DIRKSCHNEIDER. И у меня было ощущение, что люди ждали именно эту песню. Когда мы объявили, что будем её исполнять, публика была в восторге и действительно получила от этого удовольствие».
Считаете ли вы, что классические влияния в «Metal Heart» были рискованной идеей в то время?
«Во-первых, Вольф не хотел играть эту песню и не хотел, чтобы она вошла в альбом. Но ночью Штефан Кауфманн пошёл к Дитеру Дирксу и дал ему послушать демо «Metal Heart», и тогда Дитер сказал, что мы должны записать эту песню. И, конечно же, мы её записали. Вольф всегда увлекался классической музыкой, и по какой-то причине ему пришло в голову сыграть «Für Elise». Но это идеально вписалось, и теперь это тоже одна из классических песен ACCEPT».
Отличалось ли сотрудничество с Дитером Дирксом от сотрудничества с предыдущими продюсерами, с которыми вы работали?
«Он звал меня Клаус, а я ему отвечал: «Нет, я не Клаус, я Удо». Но, честно говоря, я многому научился у Дитера, например, чувству ритма, синхронизации в песне, бэк-вокалу и всему остальному. Но в конце концов, и сам Дитер это понимает, он не мог по-настоящему справиться с моим вокалом. Тогда пришёл Штефан Кауфманн и сказал ему: «Дитер, ты должен работать с Удо именно так», — и тогда всё заработало. И с того момента вся запись вокала велась Дитером Дирксом и Штефаном Кауфманном».
История вашего ухода из ACCEPT после того альбома на протяжении всех этих лет интерпретировалась по-разному. Оглядываясь назад, считаете ли вы, что расставание было неизбежным?
«Нет. Что я могу сказать? Честно говоря, меня выгнали из моей собственной группы. Но мне облегчили задачу. Мне дали записать целый альбом после «Russian Roulette», который в итоге стал «Animal House». Я записал альбом очень быстро, отправился в европейское турне, а сразу после этого — прямо в американское турне с GUNS N’ ROSES и Литой Форд. Так что я не особо об этом задумывался. Но обычно, когда я об этом думаю, я спрашиваю себя: «Почему так произошло?» ACCEPT были очень успешны в то время с «Russian Roulette», и после этого мы провели грандиозное европейское турне — самое масштабное из всех, что мы когда-либо проводили, — билеты на которое были распроданы на 99 %, в то время как в Америке мы продавали миллионы альбомов. Так что если оглянуться назад, можно задаться вопросом: «В чём была причина?» Конечно, причина заключалась в том, что они хотели сделать что-то более коммерческое для Америки. В стиле BON JOVI или что-то в этом роде. Но в любом случае это уже история».
А если оглянуться назад, есть ли какой-то альбом периода с 1993 по 1996 год, который, по-вашему, заслуживает большего внимания?
«Когда я воссоединился с ACCEPT, мне было нелегко. В 1991 году я уже добился большого успеха с U.D.O. И когда они спросили, не хотел бы я воссоединиться с группой, я ответил «Да». Но я сказал им, что тогда мы должны были создать настоящих ACCEPT. И тогда вышел альбом «Objection Overruled», и это был действительно хороший альбом. В нём были очень хорошие песни. Но потом всё началось сначала. Постараюсь рассказать об этом очень кратко. Затем вышел «Death Row», и к тому времени в группе остался только один гитарист, Штефан Кауфманн больше не мог играть на барабанах, происходило много всего. А потом вышел «Predator», и это был конец. Я сказал: «Ладно, большое спасибо, я снова берусь за U.D.O.»».
Поговорим о Петере Балтесе. Он был не просто басистом группы ACCEPT. Он также вносил свой вклад в композицию, предлагая мелодии, вокальные партии и идеи. Каким, по-вашему, был его самый важный вклад в формирование образа группы? Ведь он был ключевым и, на мой взгляд, сильно недооценённым участником. Я считаю, что он сыграл огромную роль в формировании звучания ACCEPT в целом.
«На мой взгляд, он один из лучших басистов в тяжёлом металле. Он — легенда. И, конечно же, он очень музыкален. У него было очень много идей. В ACCEPT он всегда предлагал мелодии. В плане аранжировок он играл очень важную роль вместе со Штефаном Кауфманном. Я рад, что он в моей группе. А сейчас, когда мы работаем над новым альбомом U.D.O., который выйдет в начале следующего года, я думаю, что люди будут немного удивлены тому, что их ждёт. И я с нетерпением жду выхода нового альбома. Петер, безусловно, очень важная фигура в группе, особенно когда речь идёт о сочинении песен. Он сейчас тоже чувствует себя комфортно в U.D.O., и всё в порядке. Так что я рад, что он в группе».
Почему, по-вашему, песни, написанные более 40 лет назад, по-прежнему находят отклик у новых поколений?
«Когда мы играем «Balls to the Wall» сейчас, иногда видно, как много молодых людей перед сценой подпевают нам. Когда мы создавали эту песню, никто и не думал, что она станет настоящей классикой. Как и в случае со «Smoke on the Water». «Balls to the Wall» может сыграть кто угодно, даже кавер-группа. И как только начинаются риффы, все сходят с ума. Это значит, что мы создали песню, которая навсегда останется классикой».
Если бы вам нужно было рассказать о группе ACCEPT молодому металл-фанату, который никогда раньше не слышал ни о группе, ни о ваших песнях эпохи ACCEPT, какие три песни вы бы выбрали?
«Обязательно стоит послушать «Breaker». Думаю, это тоже был важный этап. Обязательно «Balls to the Wall», а также, конечно, «Fast as a Shark» или «Princess of the Dawn».
Это песни, которые я до сих пор с удовольствием исполняю. И я вижу, как публика реагирует на эти песни. Люди по-настоящему наслаждаются всеми этими песнями. Как в случае с FOREIGNER. Когда мы сейчас играем сет DIRKSCHNEIDER продолжительностью почти час и 50 минут, люди знают каждую песню. И это потрясающе. Это значит, что мы создали что-то… Не хочу говорить в таком ключе, но это нечто вечное».
