Бывший гитарист IRON MAIDEN Деннис Стрэттон в недавнем интервью для Paulieflix обсудил будущую церемонию ввода IRON MAIDEN в Зал славы рок-н-ролла. После того как один из ведущих отметил, что Стрэттон изначально активно призывал фанатов в интернете поддержать возможное включение IRON MAIDEN в Зал славы, несмотря на то, что Дикинсон называл эту организацию «полной чушью», Деннис уточнил:
«К сожалению, мне уже тогда сверху дали понять, что IRON MAIDEN это не нужно. Так что я это понимал.
Многие люди, многие журналы и вообще те, кто тебя цитирует, могут вывернуть всё так, как им выгодно. И из-за этого я выгляжу идиотом. А надо помнить, что я постоянно общаюсь со Стивом Харрисом… Это был 2020 год, локдаун. И я понимал, что Bruce говорил все эти вещи, и группа его поддерживала. Ну и ладно. Это не моё дело. Всё, что я писал в соцсетях, сводилось к тому, что я безумно рад самой номинации. Я считаю, что после всех тех лет, что я работал, всего того, что сделал, — пусть я и не зашёл так далеко, как мог бы, я ничего бы и не стал менять, — это всё равно повод для гордости и достижение, за которое большинство музыкантов отдали бы правую руку.
Меня номинировали. Отлично. А дальше — если группа не заинтересована, я обязан принять их решение. Это вообще зависит не от меня. Решение принимают группа и менеджмент, и что бы они ни решили, я это уважаю. Точка.
Всё стало какой-то нелепостью, потому что каждый год — в 2021-м, 2022-м и так далее — IRON MAIDEN снова номинировали. И я получал тысячи сообщений в соцсетях: “Поздравляем!” — “Да, большое спасибо…” Это уже стало как “День сурка”.
В итоге доходит до того, что просто отвечаешь: “Спасибо за поддержку”. Люди пишут: “Нет смысла голосовать за них, раз они этого не хотят”. И я всегда говорил: если бы MAIDEN действительно хотели попасть в Зал Славы, одних голосов из Южной Америки хватило бы, чтобы их туда протащить. Остальной мир вообще не имел бы значения. Фанатов там миллионы — они бы проголосовали за MAIDEN без всякой помощи. Но группа этого не хотела. Так что всё остаётся по-прежнему: какое решение примет группа, такое я и уважаю. Всё.
И вот в этом году, летом, видимо, чтобы закончить всю эту вражду и разговоры о том, что Брюс говорил о Зале славы, — хотя ко мне это всё равно не имеет отношения, — я вижу в соцсетях и получаю сообщения со всего мира: “Поздравляем, вас приняли и включат в Зал славы рок-н-ролла”. Великолепно. Это буквально мечта всей моей жизни. К сожалению, я не смогу туда поехать, потому что обязан уважать решение группы…
Потом появилось сообщение от Рода Смоллвуда в соцсетях: «Спасибо за включение в Зал славы рок-н-ролла. К сожалению, группа будет находиться в Австралии”. Хорошо. Если это их решение, я обязан его принять. Но никто не спрашивает, насколько я сам счастлив. У меня есть свои чувства. Наверное, у Блэйза Бэйли тоже. И у Нико Макбрэйна тоже. Но если никто не собирается получать награду, значит, никто не придёт. Хотя, по-моему, они могли бы кого-то отправить. Другие группы так делали. Можно было бы послать Нико. Или меня, Блэйза и Нико — дать нам возможность насладиться этим днём. Можно ведь найти компромисс и сохранить мир.
Я не могу скрывать, что счастлив и невероятно рад тому, что меня включили в Зал славы рок-н-ролла. О подобном рассказывают внукам. Но если группа этого не хочет, если они не хотят принимать награду или присутствовать — это их решение, и я обязан его уважать. И всё снова идёт по кругу, как в “Дне сурка”. Но да, я никогда не скрывал, что очень взволнован и хотел бы поехать туда. Смогу ли — зависит не от меня. Но мне бы хотелось. Думаю, Blaze тоже был бы рад. А если нам нельзя — тогда просто спасибо за сам факт включения. Надеюсь, хотя бы какой-нибудь памятный знак мне всё же дадут, чтобы можно было повесить его на стену и показать внукам».
Когда один из ведущих спросил, не может ли Деннис просто посетить церемонию как зритель, раз уж его всё равно включили в Зал славы, Стрэттон ответил:
«Наверное, мог бы. Но я не хочу делать это без одобрения группы или менеджмента и создавать ещё больше напряжения. Мне бы хотелось, чтобы из офиса MAIDEN просто позвонили или написали и объяснили ситуацию.
Так же было и с премьерой документального фильма о MAIDEN в начале месяца. Дэйв Шэк из офиса MAIDEN позвонил мне и сказал: “Слушай, они хотят, чтобы ты пришёл на премьеру. Ты свободен?” Я ответил: “Да, замечательно. Спасибо. Для меня честь оказаться на красной дорожке”.
Но сейчас всё гораздо важнее. Карьера подходит к концу, и я понимаю, что вряд ли буду выступать после 75–76 лет, не говоря уже о 80. Как знать? Поэтому оказаться там, почувствовать всю эту атмосферу, блеск, ажиотаж — кто бы не захотел? Но я не могу просто взять и приехать…
Хотя было бы здорово… Если им это неинтересно, если Род не хочет идти, а группа всё равно будет в Австралии, я не вижу проблемы в том, чтобы мы пошли. Но, опять же, мне уже надоело повторять одно и то же каждый год: решение принимает группа. И я его уважаю. Если никто не идёт — значит, я должен это принять».
